Курсы и лекции
по искусству и культуре
по искусству и культуре
Владислав Старевич (1882–1965) известен как первооткрыватель кукольной анимации, чей бунтарский характер определил весь его творческий путь. Две вещи занимали Старевича с самого детства: это анимация и насекомые. Неслучайно именно насекомые станут главными героями его новаторских мультфильмов.
Довольно рано стало ясно, что маленький Владислав — одарённый ребенок. После знакомства с волшебным фонарем, который произвел на него сильное впечатление, он сам устроил домашний «кинопоказ» для дворовой детворы. При этом мальчик вылетел из второго класса гимназии с «волчьим билетом» за то, что, пока всех детей вели в церковь на праздничную службу, он убежал ловить бабочек.
Какое-то время Старевич пробыл на должности чиновника, что явно не соответствовало его дерзкому характеру. Он нередко рисовал едкие карикатуры на своих коллег в журнале «Ковенское зеркало» под псевдонимом Мухобой, за что начальство его даже побаивалось. Впрочем, рисовал он не только карикатуры, но и плакаты для фильмов, за что бесплатно ежедневно посещал кинотеатр.
Старевич стремился снимать сам, однако киноаппараты стоили невообразимо дорого для обычного чиновника. Тогда он отправился к представителю французской кинематографической фирмы Pathé Frères господину Гашу и попросил продать ему съёмочный киноаппарат в рассрочку. В ответ на то, что он хочет снимать «картины из жизни насекомых и животных», француз только расхохотался.
Тем, кто обратил внимание на амбициозного режиссера, стал кинофабрикант Александр Ханжонков. Его вложения быстро окупились, когда в 1912 году в прокат вышла первая картина Старевича «Прекрасная Люканида, или Война усачей с рогачами». Публика была в шоке от увиденного: насекомые разыгрывали самые настоящие человеческие драмы. Тот самый Гаш, который сначала смеялся над идеей, теперь сам заплатил за неё, первым из иностранцев купив картину.
Как отмечал кинорежиссер Борис Михин, не только дети, но и взрослые задавались вопросом: «Мы знаем, что они живые, но как же он их всех дрессирует?». В этом нет ничего удивительного, поскольку миф о том, что в фильмах Старевича «играли» живые насекомые, поддерживался в печати. Однако главным мистификатором Старевича был сам Старевич. Под видом энтомолога по фамилии Лозшки он дал интервью, в котором рассказал о том, как якобы дрессировал насекомых, чтобы те действовали по его сценарию. А на вопросы сотрудников газеты он отвечал: «Что? Вы хотите, чтобы я открыл вам секрет моей дрессировки? Никогда! Слышите — никогда!...». Тем не менее, Старевич и правда держал в тайне тонкости своего мастерства, никого не пуская в мастерскую, особенно кинематографистов.
После перехода на работу к Ханжонкову Старевич сохранил свою репутацию любителя розыгрышей и мистификаций. Это подтверждает его «Новогодняя шутка» (1912), которую описывали «очевидцы» розыгрыша: «На экране появился Дед Мороз и через мгновение внезапно замер без движения. Затем изображение помутнело в центре, и это помутнение начало расходиться к краям кадра, несмотря на треск работавшего проекционного аппарата. Все собравшиеся в зале вдруг осознали, что пленка остановилась перед дуговой лампой, и в ужасе повскакивали с мест. На экране появилось зловеще темнеющее пятно, которое быстро раскалилось, и весь экран покрылся красными языками пламени. Присутствовавших охватила паника, все бросились к проекционной кабине тушить пожар. Оттуда выбежал не менее испуганный киномеханик и закричал, что у него нет пожара, и пленка нормально движется в проекторе. Тогда-то и открылась вся мистификация. Старевич попросту снял рисованный анимационный фильм, финальные фрагменты которого вручную покрасил в красный цвет, а некоторые кадры с мнимым пожаром даже частично поцарапал, залив краской получившиеся желобки».
В своих фильмах, как и в карикатурах, Старевич был искусным сатириком, который высмеивал популярную кинематографическую манеру того времени. «Прекрасная люканида» (1912) — это сатира на помпезные исторические драмы, «Месть кинематографического оператора» (1912) — на шаблонные мелодрамы, «Авиационная неделя насекомых» (1912) — на модные в то время авиасалоны, а «Четыре черта» (1913) — пародия на популярный датский фильм 1911 года, снятый Альфредом Линдом по роману Германа Банга, где лягушки изображают тонкие психологические переживания героев романа. Мультипликатор Дмитрий Бабиченко называет фильмы Старевича «полемическими произведениями, пародиями, высмеивавшими дурные сюжетные и актерские штампы, заимствованные кинематографом тех лет из литературы и театра».
Старевич был единоличным создателем своих фильмов — сценаристом, режиссером, оператором и художником в одном лице. Он сам вырезал кукол, проектировал костюмы, которые шила его жена Анна, и изготавливал необходимые инструменты. Кинематографист Анри Кольпи справедливо называет его произведения «памятниками терпению». Старевич целыми неделями, а иногда и больше не выходил из мастерской, с раннего утра и до поздней ночи находясь возле съемочного аппарата. Современница режиссера вспоминала: «Как-то один из актеров заглянул к Старевичу, хозяин открыл дверь — острый запах клея и разных химикалий несся изнутри. Сам он был в измазанном рабочем халате, с руками в красках... Все помещение напоминало картонажный цех... Кругом валялись обрезки картона и цветной бумаги, к потолку вздымались стеллажи из деревянных планок, уставленные бесчисленным множеством рисунков. Владислав Александрович развел руками и произнес: “Простите, но, как видите, моя квартира превращена в мастерскую... и принять и посадить мне гостя негде”».
Показывая гостю куклу для фильма «Стрекоза и муравей» (1913) Старевич рассказывал: «Это только “экстерьер” стрекозы, а чтобы сделать ее живой, послушной и талантливой актрисой, заставить ее играть, надо придумать методику ее движения. Для этого приходится, создав миниатюрные “актерские” фигурки, расчленять их на суставы и делать каждый из них подвижным с помощью шарниров. Снимаю я кадр за кадром, последовательно двигая их при помощи черной проволоки. Все зависит от точного расчета каждого движения стрекозы и муравья. Приходится, смотря по надобности, менять через каждый кадр положение крыльев стрекозы, движение ножек насекомых, а через каждые один-два кадра — положение туловища и головы». Копия получившегося фильма была подарена царевичу Алексею Николаевичу. В благодарность Ханжонков получил кольцо с бриллиантом, а Старевич — золотой медальон с Пегасом (символом торгового дома Ханжонкова).
Владислав Старевич прожил долгую жизнь, за которую создал множество мультфильмов. Несмотря на то, что после эмиграции режиссер больше работал с куклами в форме людей, он до конца своей жизни собирал бабочек и насекомых, не забывая о детском любопытстве, определившем его путь в кино. Наблюдательность, юмор и труд — вот три столпа творчества мультипликатора.
