Хендрик Гольциус — не самый известный широкой публике художник конца XVI – начала XVII века, современник Рубенса и Караваджо. Между тем знатоки считают Гольциуса одним из наиболее выразительных мастеров резцовой гравюры. О том, как музейная экспозиция из монохромных листов может передать уникальное дарование гравера-маньериста, мы поговорили с Лилией Мокк, студенткой Геттингенского университета, участвовавшей в подготовке выставки «Преображение мира. Авторские листы Хендрика Гольциуса» (transformation of the world. Master sheets by Hendrick Goltzius, 31.10.2025 – 01.03.2026) в Государственном музее Ганновера.

Голландский гравер и издатель Хендрик Гольциус (1558–1617) был не просто виртуозом, а настоящим гением гравюры на меди. Ребёнком Хендрик упал на горящие угли и изуродовал себе правую руку. Парадоксально, но это не просто не поставило крест на его художественной карьере, а наоборот, позволило особым образом держать резец.

Гольциус поднял технику гравюры на меди на невиданные высоты: он придумал определенный вид штрихов, определенный тип линий, «закручивающихся» в очень маньеристической манере. Это стало визитной карточкой, почти подписью гравера. Впоследствии художник сделал несколько графических этюдов покалеченной руки – такова была его манифестация мастерства.

Особое значение для творчества Хендрика Гольциуса имели два обстоятельства: знакомство с Карелом ван Мандером и путешествие в Италию. Ван Мандер, знаток искусства, повидавший мир, познакомил Гольциуса с изысканными произведениями фламандского художника-маньериста Бартоломеуса Спрангера, работавшего в Праге для императора Священной Римской империи Рудольфа II. Вскоре Гольциус вместе с художником Корнелисом ван Харлемом и Карелом ван Мандером основал в Харлеме Академию художеств (Харлемскую академию маньеристов) – по образцу итальянских академий они объединились, чтобы культивировать занятия искусством в духе гуманистической учености с опорой на античное наследие.

В какой-то степени Гольциуса можно назвать последователем метода Дюрера и Лукаса ван Лейдена: он много заимствовал у итальянских и немецких художников, чтобы в том числе самым заметным образом подчеркнуть круг своих знаний и знакомств. Невероятная продуктивность гравера была связана ещё и с его предпринимательской хваткой – Гольциус выполнял заказы как для протестантов, так и для католиков. Во время, когда половина Нидерландов была оккупирована испанцами-католиками и религиозные противоречия были как никогда сильны, он умел их обходить и создавать гравюры на все возможные темы.

В начале 1590-х году Гольциус наконец отправился в Италию: через Гамбург и Мюнхен он поехал в Венецию, Болонью и Флоренцию и в январе 1591 года прибыл в Рим, где пробыл восемь месяцев с кратким перерывом на Неаполь. В Риме Хендрик Гольциус открыл для себя Рафаэля и Микеланджело. Он внимательно изучал памятники искусства от античной скульптуры до мастеров эпохи Возрождения. В Харлем Гольциус возвратился с коллекцией рисунков, которые использовал в дальнейшем. Среди таких работ – известные маньеристической иронией гравюры со скульптурами Геркулеса Фарнезского и Аполлона Бельведерского, представленными с неожиданного ракурса. Гольциус снизил градус пафоса по отношению к почитаемым произведениям искусства древних. И таких вещей у него достаточно много. К примеру, «портрет» пса. На самом деле это портрет мальчика, но получается, что гораздо больше внимания уделено собаке.

Выставка, насчитывающая около 80 гравюр Хендрика Гольциуса, охватывает почти весь творческий путь художника – от первого издательского предприятия до более позднего технически безупречного искусства гравюры. Выставка объединяет лучшие экспонаты художественной коллекции Геттингенского университета имени Георга-Августа с сокровищами кабинета графики Государственного музея Ганновера.

В основе выставки «Преображение мира. Авторские листы Хендрика Гольциуса» лежала кропотливая работа с коллекцией, которая преподнесла немало сюрпризов. Например, некоторые листы в собрании Геттингенского университета, о которых никто из современных хранителей не помнил или даже вовсе не знал. Это неудивительно: в коллекции Геттингена около 15 тысяч листов, в музее Ганновера – 20 тысяч листов. И там, и там были работы Гольциуса, некоторые повторялись. И вот в коллаборации решили устроить выставку в Ганновере.

Строго говоря, концепция выставки была уже предопределена: в 2020 году во время пандемии коронавируса этот проект впервые был представлен во Фрайбурге. Но то был ковид, поэтому аудитория едва ли смогла попасть туда. Так что выставка в Ганновере – это как бы повторение, но переосмысленное. В новом месте привлекли уже новых студентов, потому что их участие было неотъемлемой частью изначальной организации.

Кроме того, обнаружилась гравюра с изображением Святого духа в виде голубя. Такой каноничный сюжет Гольциус представляет с неклассического ракурса, поражающего своей стремительностью. Этот лист тоже нашли случайно – специалисты не знали, что он есть в коллекции. Точнее, в листе инвентаря он конечно был, но о его существовании не помнили и не собирались брать, но в итоге поместили на почетное место. Та же судьба постигла лист с евангелистом Лукой, изображающим Богоматерь. Кураторы полагают, что в его облике был заключен чей-то портрет, возможно, даже автопортрет Гольциуса.

• Обсуждение проекта началось в апреле. Примерно месяц мы выбирали работы для выставки, потом неожиданно нашли новые и еще их добавили.


• Примерно с мая по июль думали о концепции развески. Основная проблемы это циклы и серии, они привычно «читаются» слева направо, что хорошо смотрится на одной стене по направлению движения зрителя, но на противоположной – против движения – нужно было подумать, как их распределить так, чтобы зритель не запутался. Собственно те циклы, где были изображены олицетворения и аллегории, отправились на противоположную стену, а где-то специально гравюры распределялись не по порядку, а группами. Проблема также была в том, что у Гольциуса очень много циклов с героями и богами – много сидящих и стоящих фигур одного типа, надо было их разбавлять, чтобы не получилась сплошная галерея «лиц».


• К августу мы определились с развеской, которую сильно меняли в процессе исходя из возможностей, денег и количества доступного инвентаря.


• Сентябрь – тексты, бюрократия, подготовка этикеток с подписями и стендов.


• В октябре за две недели до открытия – развеска. Времени как всегда не хватает.


• В самом конце октября – открытие. Ура!

Лилия Мокк

Главным вызовом для кураторской группы было не найти работы, не подобрать их, а редуцировать круг потенциально подходящих. То есть, наоборот, отмести лишнее и показать только самое лучшее. У Хендрика Гольциуса огромное количество прекрасно сделанных гравюр. Но если поместить рядом большое количество даже самой прекрасной графики, зрителю очень быстро становится тяжело ее воспринимать. Для поддержания интереса необходимо разнообразие. Поэтому очень многие находки приходилось убирать, отчего студенты-кураторы сильно страдали.

Особенно интересным было показать «Метаморфозы», цикл гравюр Гольциуса, который никогда не выставляли целиком. Он связан с одноименным трудом Овидия, но это не иллюстрации к книге, а самостоятельный цикл из изображений. По замыслу гравера предполагался большой проект по всем книгам, но он остановился на конце второй/начале третьей и дальше не продолжил, так как уехал в Италию и к этому замыслу больше не возвращался. Однако он успел выполнить 52 листа, и все эти 52 листа у хранятся в коллекции Геттингенского университета. Сразу все листы из цикла выставить просто невозможно, потому что есть большая часть его работ других периодов. Что же делать? Как скомпоновать, чтобы сделать это интересно?

Для «Метаморфоз» выделили отдельное помещение, отдельную нишу, в которой их распределили по витринам в определенные истории в соответствии с сюжетами мифов – по восемь, по шесть, иногда по четыре листа. Студенты из кураторской группы написали к ним текст и даже сделали аудиогид, для которого каждый из студентов еще и записал часть этого текста. Эта интерактивная часть с описанием того, что происходит на самих гравюрах, призвана помочь зрителю сориентироваться в изображениях и оценить изобретательность Гольциуса. Ведь в чем он является первостепенным мастером, так это в воплощении собственных поразительных инвенций.

P. S. Надеемся, дорогой читатель не сильно страдает из-за расстояния, отделяющего его от такой прекрасной выставки. Подскажем, что в Государственном Эрмитаже до 18 января можно увидеть лист ученика великого Гольциуса, сопровождающий «Жертвоприношение Авраама» Рембрандта, вернувшееся в залы музея после долгой реставрации. Не пропустите!

P. P. S. Гравюра Гольциуса есть в стикерпаке Doctrina et Nobiles.